ВведениеВопрос заботы о ребёнке остаётся одним из центральных в школе. Учителя традиционно воспринимают себя как наставников, защитников, людей, которые искренне переживают за учеников. Однако новое исследование TALIS 2024 выявило парадокс: несмотря на высокую уверенность педагогов в своей заботливости, уровень распознавания эмоций у казахстанских учителей — один из самых низких.
Этот разрыв между намерением и реальным пониманием стал поводом для размышлений Раушан Карибаевой, заместителя директора по учебно-методической работе Flagman Online. В своей колонке она поднимает важный вопрос: почему традиционной учительской эмпатии сегодня уже недостаточно?
Статья Раушан Карибаевой(Без изменений, полностью в авторском изложении)Когда мы говорим о школе, мы часто говорим о заботе. Мы — учителя, и большинство из нас выбрали эту профессию, потому что любим детей. Мы переживаем за них, радуемся их успехам, устаём вместе с ними. Но результаты исследования TALIS 2024 заставили меня задуматься: оказывается, казахстанские учителя искренне считают себя заботливыми, но при этом уровень распознавания эмоций учеников у нас один из самых низких. Получается парадокс: мы хотим понимать детей — но не всегда видим, что с ними происходит на самом деле.
Как метко сказал эксперт Еламан Серик: «Мы действительно стараемся быть человечными, но в школе не хватает инструментов, которые помогают понять эмоции, состояние, внутренний мир ребёнка».
Эти инструменты - не про новые тесты или формы отчётности. Это про другой взгляд: видеть ребёнка не отдельно, а в контексте всей системы его жизни.
Много лет я тоже думала, что эмпатия — это просто быть добрым. Выслушать, поддержать, улыбнуться. Но со временем я поняла: если мы не умеем видеть систему вокруг ребёнка — семью, школу, тревоги, ожидания — то даже самая искренняя доброта может не сработать.
В современном мире дети живут под постоянным давлением — информационным, эмоциональным, социальным. Им нужно не только, чтобы их пожалели, — им нужно, чтобы их поняли. А для этого одной эмпатии уже недостаточно.
В разных странах — от Финляндии до Сингапура — школы постепенно переходят от модели «учитель как источник знаний» к модели «учитель как исследователь отношений».
Это и есть суть подхода Compassionate Systems Framework (CSF), который разрабатывают в Массачусетском технологическом институте (MIT).
CSF учит видеть не только поведение, но и причины, стоящие за ним.
Например, ребёнок раздражён или закрыт — это не всегда потому, что ему «неинтересно». Может быть, под поверхностью скрыта боль, тревога, потеря, переутомление. И это особенно важно там, где у детей много внешнего давления — как у наших учеников.
В MIT это называют «айсбергом» — модель, которая помогает педагогам и ученикам «погружаться под поверхность» и искать, что на самом деле происходит.
А рядом есть и другая модель — «лестница умозаключений», которая помогает заметить, как быстро мы делаем выводы о других. Обе модели — часть новой педагогики, где понимание важнее реакции.
Казахстанская школа сильна духом. Мы выросли в культуре уважения, где учитель — наставник, где слово «адамгершілік» (человечность) звучит не как лозунг, а как ценность.
Но давай честно: в последние годы мы все живём в постоянной спешке. Уроки, отчёты, планы, форматы, дедлайны. Учителю часто просто не остаётся внутреннего пространства, чтобы остановиться, вдохнуть и быть по-настоящему с классом. И именно это пространство — самое ценное.
Когда я впервые услышала об этой модели, поняла — это именно то, чего не хватает нашей школе: глубины, времени на осознание, простора для настоящего присутствия.
В этом году наша команда Flagman Online School начала годовую программу обучения в MIT по направлению Compassionate Systems in Education.
Мы учимся у международных экспертов, исследуем, как работает системное сострадание, и пробуем применять это в нашей школе.
Мы уже начали замечать изменения — в себе, в коллегах, в наших встречах с учениками.
Появляется больше тишины, внимательности, искренности.
Ты начинаешь смотреть не на результат, а на отношения, не на поведение, а на смысл.
Мне кажется, образование будущего — это не про то, чтобы «научить всех всё знать».
Это про то, чтобы помочь каждому увидеть взаимосвязи, почувствовать себя частью большего. Когда появляется понимание — появляется и сострадание. А вместе с ним — доверие, поддержка и настоящая школа.
Школа, где ребёнка не только учат, но и видят.
И об этом — в следующей статье.
Я расскажу, чему мы учимся в MIT, какие практики нас вдохновляют и почему этот опыт может стать поворотным не только для учителей, но и для всей системы образования Казахстана.
Видение Zero: зачем мы поднимаем эту темуМы в Zero глубоко убеждены: цифровизация школ невозможна без изменения педагогической культуры. Автоматизация процессов, прозрачные данные, удобные инструменты — это лишь одна сторона развития. Другая, не менее важная — то, как школа чувствует, понимает и поддерживает ребёнка.
Сегодня в Казахстане растёт запрос на новую школу:
школу, где технологии помогают,
а не заменяют человечность;
где аналитика усиливает эмпатию,
а не подменяет её.
Подход Compassionate Systems Framework из MIT показывает:
педагогика будущего — это системное мышление + осознанность + глубокое присутствие.
Мы видим прямую связь между тем, о чём пишет Раушан Дулатовна, и задачами, которые решает Zero:
- Цифровые инструменты освобождают учителя от рутины → появляется пространство быть с детьми.
- Аналитика снижает неопределённость → учитель меньше выгорает, больше замечает.
- Системное мышление делает школу устойчивой → меньше хаоса, больше смысла.
Мы публикуем такие статьи, потому что образование меняется — и меняется быстро. Казахстанские школы сегодня одновременно решают задачи управления, качества, сервиса, роста и благополучия учеников. И нам важно поддерживать этот переход не только технологиями, но и смыслами.
Zero for Education — это пространство, где соединяются педагогика, системность и новая образовательная культура.